Казахстанцы по-прежнему не слишком активно страхуют жилье добровольно, а в сегменте страхования жизни рост числа договоров во многом обеспечивают продукты, оформляемые вместе с кредитами. Об этом заявили представители страхового рынка, объяснив, почему страхование недвижимости и жизни пока не стало массовой практикой.
По словам председателя Ассоциации страховщиков Казахстана Виталия Веревкина, наиболее востребованным остается страхование жилья, приобретаемого в ипотеку, поскольку в таких случаях наличие полиса требуют банки. При этом за последние пять-десять лет отношение к страхованию в стране все же изменилось: казахстанцы чаще пользуются туристическими полисами, автострахованием, а также страхуют жизнь и здоровье, хотя рост интереса пока остается ограниченным.
Почему жилье страхуют редко
Как отметил Веревкин, точно оценить долю владельцев недвижимости с добровольной страховкой сейчас сложно, поскольку в отчетности нет отдельного разделения между страхованием имущества физических и юридических лиц. Основными причинами слабого спроса он назвал недостаток информации о доступных программах и то, что о необходимости полиса люди чаще задумываются уже после ущерба.
По его словам, страхование жилья не обязательно является дорогим продуктом. На рынке представлены как типовые «коробочные» решения с заранее установленными условиями, так и индивидуальные программы, особенно актуальные для владельцев частных домов.
В качестве примера типового продукта он привел полис стоимостью 15 тысяч тенге в год, по которому выплата за повреждение отделки квартиры в случае затопления соседями сверху может достигать 1 млн 250 тысяч тенге, а при ущербе соседям снизу по вине владельца квартиры — до 625 тысяч тенге.
Индивидуальные программы, по его словам, формируются исходя из местоположения жилья и характерных для него рисков. Для дома рядом с рекой могут быть актуальны паводки и селевые потоки, тогда как в Акмолинской области, например, нет особого смысла включать защиту от землетрясений или селей, но стоит учитывать риск наводнений. Также жилье можно страховать от пожара и техногенных повреждений, включая прорыв канализации. Стоимость полиса зависит от набора рисков, при этом одним из самых дорогих остается риск землетрясения. На цену также влияет франшиза.
Обязательное страхование недвижимости обсуждается
Веревкин сообщил, что по поручению Президента в Казахстане уже обсуждается возможность обязательного страхования недвижимости. В Концепции развития страхового рынка до 2030 года рассматривается создание специального фонда на базе одной государственной страховой компании. Предполагается, что он будет заниматься обязательным страхованием жилья от природных катаклизмов, включая природные пожары, землетрясения и наводнения.
В качестве примера он привел Турцию, где действует обязательное страхование жилья. По его словам, после двух крупных землетрясений средств фонда там хватило на компенсации за разрушенное жилье. Похожие системы существуют также в Кыргызстане и Азербайджане, хотя проблема охвата сохраняется и там.
При этом, подчеркнул эксперт, одного введения обязательного страхования недостаточно. Необходима понятная и финансово устойчивая система компенсаций с прозрачными правилами, чтобы граждане могли получать выплаты за утраченное жилье через страховой механизм. По его оценке, даже охват в 30% жилья обязательным и добровольным страхованием стал бы для страны очень серьезным показателем.
Рост страхования жизни не означает массового охвата
Председатель правления АО «Компания по страхованию жизни Standard Life» Галым Амерходжаев отметил, что формально рынок страхования жизни растет заметно быстрее. Если в 2019 году в Казахстане было чуть больше 3 млн договоров добровольного личного страхования, то в 2025 году — уже более 13 млн.
Однако, по его словам, эти цифры не означают, что страхованием жизни охвачена половина населения. Объем рынка за семь лет вырос в 5,5 раза — с 197 млрд до 1,08 трлн тенге, но структура продуктов остается неоднородной. Значительную часть роста обеспечили пенсионные аннуитеты: в 2019 году было заключено 4 491 таких договоров на 65 млрд тенге, а в 2025 году — уже 59 348 договоров на сумму свыше 521 млрд тенге. Таким образом, охват вырос в 13 раз, а объем рынка — в восемь раз.
Если говорить о добровольном страховании жизни, то в прошлом году было заключено чуть меньше 7 млн договоров, и 99,7% из них пришлось на ненакопительное страхование. Существенную долю в этом сегменте составляют полисы, оформляемые «в нагрузку» при получении банковских кредитов. На накопительное страхование приходится только 0,3% всех договоров.
При этом по объему продаж картина отличается: в 2025 году по ненакопительным продуктам рынок собрал премий на 190,3 млрд тенге, а по накопительным — 99,6 млрд тенге. Общий объем продаж программ добровольного страхования жизни, по словам Амерходжаева, вырос с 76 млрд тенге в 2019 году до более чем 290 млрд тенге в 2025-м.
Как меняется отношение к страхованию жизни
По оценке Амерходжаева, до 2018 года рынок страхования жизни в Казахстане стагнировал, а сам продукт воспринимался в основном как выплата в случае смерти. Сейчас отношение постепенно меняется: часть клиентов начинает видеть в полисе не только защиту от трагедии, но и финансовый инструмент.
Он отметил, что накопительное страхование используют для получения юридической защиты или доходности, если страховой случай не наступил. Дополнительный импульс, по его словам, дала интеграция страховых инструментов в государственные программы, в том числе «Келешек», где полис можно использовать для накоплений на обучение ребенка в вузе с государственной премией.
При этом у разных продуктов своя аудитория. Пенсионные аннуитеты чаще оформляют люди, долго работавшие официально и накопившие достаточную сумму в ЕНПФ к 45 годам, в том числе работники вредных производств, которые получают дополнительные профессиональные пенсионные взносы в размере 5% от зарплаты. Накопительное страхование, по словам Амерходжаева, чаще выбирают женщины старше 40 лет, а также молодые родители, использующие программы в рамках государственной образовательной накопительной системы.
Что мешает росту спроса
Среди причин, по которым страхование жизни все еще не стало массовым, Амерходжаев назвал нехватку свободных средств для долгосрочного планирования на 10–20 лет, недоверие, связанное с опытом 90-х годов, а также суеверия и отрицание личного риска.
По его мнению, обязательное страхование жизни было бы ошибочным решением. Он считает, что принуждение может восприниматься как новый налог и вызвать сопротивление, дискредитировав саму идею страхования.
Более эффективным подходом эксперт назвал софинансирование со стороны государства. В качестве действующих стимулов он указал налоговые вычеты, позволяющие не уплачивать ИПН с части дохода, и субсидии по программам вроде «Келешек», где государство предоставляет стартовый капитал и начисляет премии от 5 до 7%.
Каким может стать рынок через 10 лет
По прогнозу Амерходжаева, к 2036 году рынок страхования жизни может заметно измениться. Среди основных тенденций он выделил развитие гибридных продуктов Unit-Linked, которые позволят инвестировать через страхование в мировые акции и облигации, рост исламского страхования такафул, переход к «невидимому» страхованию через смартфоны и цифровые сервисы, развитие добровольного медицинского страхования и дальнейшее увеличение пенсионных аннуитетов.
По его оценке, для того чтобы страхование стало по-настоящему массовым, стране потребуется от 10 до 15 лет непрерывного развития. Он связал это со старением населения, расширением практики страховых выплат и накоплением реальных примеров, которые могут повысить общественное доверие к отрасли.
