В суде по делу о взрыве на автосервисе в Костанае допросили двух свидетелей, включая Владислава Климашевского, который работал на территории сервиса и пользовался автомобилем «ГАЗель», оказавшимся в центре разбирательства. Заседание было посвящено обстоятельствам эксплуатации машины, ее передаче другому работнику накануне происшествия и событиям в день взрыва.
Климашевский сообщил, что знал Алексея Бурдинского около шести лет и находился с ним в рабочих отношениях. По его словам, трудовой договор был заключен с ИП «Казимаслова», однако фактические поручения он в основном получал от Бурдинского. Свидетель рассказал, что работал на территории по адресу Энергетиков, 1, был слесарем, а также водителем и механиком, а зарплату в размере 90 тысяч тенге ему напрямую переводил Бурдинский через банковское приложение.
Отдельный блок вопросов касался «ГАЗели». По словам свидетеля, машина была закреплена за ним, использовалась для рабочих поручений, перевозки запчастей и обслуживания техники. Он также рассказал, что ранее автомобиль состоял на российском учете, а казахстанские номера были установлены примерно за неделю до происшествия. Зимой машину обычно держали в боксе на территории базы.
Климашевский сообщил, что на автомобиле было установлено газовое оборудование: баллон объемом 90 литров находился с правой стороны в средней части машины. Он заявил, что за время его работы проблем с газовым оборудованием и утечек газа не было. При этом свидетель признал, что не проверял срок освидетельствования баллона и не знал, что он истек. По его словам, на обслуживание в другие СТО автомобиль не вывозили, и о таких работах ему ничего не было известно.
В суде подробно обсуждалась передача «ГАЗели» другому свидетелю 10 декабря, накануне взрыва. Климашевский пояснил, что коллега попросил машину в выходной день. Сначала он отказывал, в том числе из-за проблем с охлаждающей жидкостью, но в итоге сказал, что тот может взять автомобиль под свою ответственность. При этом Бурдинского он об этом не уведомил. Позже, по его словам, коллега сообщил, что заправил машину автогазом и отправил чек.
Свидетель также рассказал, что ключи обычно оставались в автомобиле — в кармашке под рулем, а пользоваться «ГАЗелью» могли и другие работники, но с разрешения. Он подчеркнул, что Бурдинский не запрещал ему пользоваться машиной и не давал указаний не передавать ее другим лицам или не выезжать на ней накануне происшествия. Вместе с тем на вопрос защитника Климашевский признал, что считает себя виновным в том, что передал транспортное средство другому человеку без разрешения собственника, и заявил, что жалеет, что не сообщил об этом Бурдинскому сразу. Он также подтвердил наличие договора о полной материальной ответственности за автомобиль.
Говоря о дне происшествия, Климашевский сообщил, что находился на территории, когда бухгалтер Светлана Казимаслова позвонила ему и сказала, что в сервисе «что-то хлопнуло». Он направился к боксу, увидел Серика Бегжанова у двери, после чего, по его словам, почти сразу произошел взрыв. Свидетель рассказал, что ударной волной Бегжанова отбросило, а ему самому по лицу попало стеклом. После этого он позвонил Бурдинскому, а затем сообщил о взрыве и пострадавших в экстренные службы.
После взрыва Климашевский видел «ГАЗель» поврежденной и, по его словам, заметил на газовом баллоне большую трещину. Он уточнил, что сам баллон не трогал. Запаха газа возле машины, как он сказал, он не помнит, однако после происшествия перекрыл газовый кран, который подходил к зданию. Также свидетель помогал разбирать завалы и видел на месте сотрудников МЧС, полиции, медиков и спецтехнику.
В ходе допроса защита также поднимала вопрос о прежних показаниях свидетеля, в том числе о возможных расхождениях по поводу людей в боксе, распития спиртных напитков, расположения транспорта и наличия газового баллона с пушкой. Климашевский подтвердил, что сообщал следствию о газовом баллоне с пушкой и говорил, что видел, как кто-то из водителей занес опасный предмет в бокс. По его словам, в помещении находились фуры и другие автомобили, стоявшие друг за другом.
Затем суд допросил еще одного свидетеля, который, по данным следствия, пользовался «ГАЗелью» накануне трагедии. Он подтвердил, что обращался за машиной к Климашевскому, использовал ее для поездки за запчастями и перевозил их в кузове. При этом свидетель неоднократно заявлял, что не помнит многих обстоятельств трехлетней давности, в том числе точного времени поездки, с кем ездил и кому сообщал о ней.
Этот свидетель также подтвердил, что заправил автомобиль газом и передал бумажный чек Климашевскому. По его словам, сделать это его попросил сам Климашевский, который велел заправить машину до полного бака, чтобы она не остановилась в пути. На вопрос о знании правил эксплуатации автомобилей с газобаллонным оборудованием свидетель ответил, что не знал их.
Кроме того, он сообщил, что после поездки поставил «ГАЗель» на прежнее место по указанию Климашевского. В ходе допроса также обсуждалось использование бокса, где позже произошел взрыв: свидетель пояснил, что машины ставили туда в том числе для отогрева в морозы, а размещение было платным.
Ранее в суде уже исследовались экспертные заключения. Во время допроса эксперта пожарно-технической экспертизы обсуждались возможные источники зажигания, объем газа в баллоне и механизм образования газовоздушной смеси. Эксперт указывал, что достоверно установить точный механизм происшествия, место образования газовоздушной смеси и конкретный источник зажигания не удалось.
Судебное разбирательство продолжается.
